PCEtLVN0aWNreSBMZWZ0LS0+DQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7IH0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDEzNDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgbGVmdDowO319DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxNTAwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV80IHsgd2lkdGg6IDI0MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IGxlZnQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7fX0NCjwvc3R5bGU+DQoNCjxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPSIvL3BhZ2VhZDIuZ29vZ2xlc3luZGljYXRpb24uY29tL3BhZ2VhZC9qcy9hZHNieWdvb2dsZS5qcyI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tIGV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8zIC0tPg0KDQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzkxODM2OTIwMyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+PCEtLVN0aWNreSBSaWdodC0tPg0KDQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowOyB9DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxMzQwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8yIHsgd2lkdGg6IDE2MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IHJpZ2h0OjA7fX0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDE1MDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMjQwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgcmlnaHQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowO319DQo8L3N0eWxlPg0KPHNjcmlwdCBhc3luYyBzcmM9Ii8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0gZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgLS0+DQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzM0MDc0OTY4MyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+
Что видит человек во время клинической смерти? | За живе!
PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTI0OSINCmRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWZvcm1hdD0iZnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tc2l0ZV9pZD0iU1RCX0Z1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWNvbnRlbnRfaWQ9Inphemh5dmUuc3RiLnVhIiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLnZlcnRhbWVkaWEuY29tL291dHN0cmVhbS11bml0LzIuMDEvb3V0c3RyZWFtLXVuaXQubWluLmpzIj48L3NjcmlwdD4=

Кікбоксер під час клінічної смерті говорив з богом

За живе!

Рабочий день Николая Акижанова начинается в 6 часов утра, а заканчивается около полуночи. Он тренер по кикбоксингу. Под его руководством рождаются чемпионы. Однако мало кто знает, что каждый день Николай борется с невыносимой болью в спине, ногах и в голове…

«Хоть и болит, я все равно прихожу на дорожку и бегу 3 км, – говорит Николай. – Сдаваться нельзя. Мне очень нравиться внушать уверенность людям, которые думают, что его-то не могут. Если я – инвалид – могу, то почему вы не можете?» Кикбоксинг для Николая – это еще и возможность помочь другим. Он организовывает благотворительные турниры, на которых собирает деньги для лечения тяжелобольных детей. А еще Николай часто бывает на кладбище, где похоронен его друг Виталик, который спас мужчине жизнь. Именно ему Николай посвящает все свои победы и дарит медали.

a_d6b5fc4e

Перевернула жизнь Николая страшная авария. «Мы приехали на соревнования, – рассказывает Николай. – Там выступал наш друг. Закончились соревнования. У второго нашего друга был день рождения. Мы поехали на Оболонь отмечать. Но без алкоголя. И дальше вот как перечеркнуло. Я не помню самой аварии, у меня ретроградная амнезия. Люди говорят, что мы превысили скорость и влетели в билборд. Трое из пяти погибли, а мы с товарищем остались живые. Потом была кома – 21 день».

Кома – это состояние организма, которое сопровождается глубокой потерей сознания и рефлексов, отсутствием реакции на внешние раздражители и нарушением жизненно важных функций (кровообращения, дыхания и обмена веществ). На этот период человека подключают к аппаратам, которые искусственно поддерживают в нем жизнь, помогая системам дыхания и кровообращения. Ведь фактически в этот период человек находится на грани смерти. Кома может наступать в результате угнетение работы центральной нервной системы. Например, из-за черепно-мозговой травмы, опухоли, воспаления мозга, нарушения работы обмена веществ и состояния интоксикации. Люди, которые находились в состоянии комы, утверждают, что чувствовали, как их душа отделялась от тела и улетала в другой мир, где продолжалась борьба за жизнь.

«Я четко и отчетливо видел покойных родственников, я видел покойную маму, я разговаривал с ней, – рассказывает Николай. – Я подбежал, обнял ее, я так обрадовался, что она живая, я же не понимал, что умираю. А она меня начала выгонять, сказала – уходи отсюда. А потом поднялась племянница (тетя и сестра сидели тихо) – она начала меня бить кулаками в грудь и тоже говорила, чтобы уходил. Там была комната и много дверей – я не знал, куда именно идти. Она: «Иди к папе…» и показала на дверь. Я это никому раньше не рассказывал. В той комнате падал свет. И это был не простой свет. И этот свет со мной разговаривал. Думаю, я разговаривал с Богом. И он мне рассказывал о грехе и о том, что нельзя делать. И мне было так интересно – я отвечал и я каялся. По поводу того, чтобы бить людей говорит: «По лицу человека бить – это грех».

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Домашний тест на степень ожирения

Когда Николай пришел в себя, то про аварию не помнил. Потихоньку начал вспоминать родственников. Брата вспомнил сразу, сестру тоже. А самое тяжелое было – оставаться недвижимым, когда ты всю жизнь занимался спортом.

mqdefault«Были конкретные мысли прикончить себя, – вспоминает Николай. – Пришел отец, да Бог ему здоровья. Он пришел и обнял меня, и поцеловал, и говорит, мол, сынок, я тебя сейчас возьму на спину, мы тобой сядем в волгу, поедем домой. А я говорю, что не хочу. Я не хочу, я не хочу, я не могу даже в туалет сходить, я ничего не могу. А он сказал, что если я обделаюсь, то он меня помоет, как в детстве. Здорово, что он у меня есть.

«Даже если мы гипотетически можем предположить, что загробный мир существует, – говорит эксперт проекта «За живе!» Ольга Нестер, – и во время умирания душа покидает свое тело и перемещается в промежуточное состояние между жизнью и загробным миром, то человек в этот момент не может воспринять и понять, что это так и есть. Потому что во время критических состояний, которым является клиническая смерть, наш мозг не работает в той мере, в которой он работает при нашем нормальном состоянии. Чтобы поддержать самые необходимые жизненные параметры нашего организма. И поэтому мы не можем воспринимать, слышать, запоминать».